Паломнический центр Новосибирской митрополии - НАД ЗОЛОТЫМИ ВОРОТАМИ.
Выделенная опечатка:
Сообщить Отмена
Закрыть
Наверх


Объявления

Все объявления

НАД ЗОЛОТЫМИ ВОРОТАМИ.

 

     В 2003 году по благословению Высокопресвященнейшего архиепископа Тихона (ныне митрополита Новосибирского и Бердского) при соборе св. князя Александра Невского был организован Епархиальный Паломнический центр. Задачей центра была организация и проведение паломнических поездок к святым местам нашей Епархии, а также по России, в ближнее и дальнее зарубежье. Опыт проведения паломнических поездок у нас уже был. Мы организовывали поездки для наших прихожан и на святой источник Ложок, и в Мочище, в Томск к мощам св. праведного старца Феодора, были поездки в Дивеево. Но сейчас задачи ставились более сложные – проведение многодневных поездок, в том числе зарубеж, и самое главное организация паломничества на святую Землю во святой град Иерусалим. И вот здесь опыт отца Александра оказался просто неоценимым.

     Протоиерей Александр Новопашин, настоятель Александро-Невского собора, неоднократно принимал участие в паломнических путешествиях. Именно поэтому одну из первых организованных поездок на Святую землю от Епархиального Паломнического центра Новосибирской Епархии было предложено возглавлять и духовно окормлять именно ему, я в поездке был его помощником.

     Отец Александр очень ответственно (как, впрочем, и ко всем своим послушаниям) отнесся к предстоящей поездке. Одновременно, с организационными моментами как получение израильских виз, покупка авиабилетов, бронирование отелей и т.д., мы с батюшкой очень скрупулезно разрабатывали маршрут нашего паломничества. Кстати, этот маршрут остается основой для всех паломнических поездок на Святую землю до сего дня.

    Батюшка уже был в Палестине на Святой земле как паломник, а также в 1997 году они вместе с протоиереем Георгием Патриным впервые доставили Благодатный огонь от Гроба Господня из Иерусалима на сибирскую землю. То есть опыт поездок у отца Александра уже был. Но одно дело ехать паломником в группе, а совсем другое везти и возглавлять группу паломников. Тут нужны особые качества. Хочу сразу сказать, что отец Александр прекрасно справился со своими духовными обязанностями. Наше паломническое путешествие  было благодатное и незабываемое. А бесценный опыт, который я впитывал от отца Александра как у руководителя паломнической группы во время поездки, пригодился мне на всю жизнь.

      Отца Александра Новопашина знают многие. Знают как пастыря-духовника, как прекрасного проповедника, как церковного публициста, а теперь еще и как православного режиссера. В разных городах и странах, на различных семинарах и церковных мероприятиях, где мне приходилось присутствовать, люди узнав, что я из Новосибирска, говорили: «Новосибирск? Обязательно передавайте поклон отцу Александру Новопашину».

       Что касается меня, то для меня отец Александр и духовный отец и друг, с которым можно посоветоваться в любой жизненной ситуации. Я знаю его как человека и по-отечески строгого, и по-братски  терпеливого, способного покрыть недостатки ближнего любовью и прощением.

       Но мне хотелось бы рассказать о батюшке немного с другой стороны. С той стороны, которая открыта не всякому человеку, а только его близким друзьям и товарищам. Решительность, стремление в любом деле к наилучшему результату, где-то даже риск – черты характера батюшки, которые можно увидеть не всем.

 

***

    Разрабатывая с отцом Александром маршрут паломничества по Святой Земле и во святой град Иерусалим, мы для паломников оставили один свободный день. Это было сделано специально для того, чтобы паломники могли самостоятельно в одиночестве или небольшими группами побродить по узким улочкам  древнего города, еще раз поклониться Святым местам, помолиться, подышать неповторимым Иерусалимским воздухом, в котором смешались ароматы церковного ладана, восточных благовоний  и крепкого арабского кофе. Такой свободный день давал возможность каждому паломнику поближе и лично познакомиться со Святым градом, почувствовать его святость и неповторимость.

     Мы с отцом Александром заранее условились пойти вместе в Старый город в свободный день. «Старым городом» называют древнюю историческую часть Иерусалима.

     Старый город обнесен высокими массивными крепостными стенами. Эти стены за три тысячи лет существования Иерусалима многократно разрушали.  Приложили руку к этому древние вавилонские армии, пленившие израильский народ на 70 лет, и римские легионы, под предводительством будущего императора Тита Веспесиана. Эти стены осаждали персидские войны царя Хазроя, не пощадившие ни одного христианского храма на Святой Земле, кроме храма Рождества Христова в Вифлееме,  и  армии крестоносцев, в большинстве своем наивно думающих, что в Палестину они идут  для освобождения Гроба Господня от неверных. Но каждый раз, после каждой войны, стены снова восстанавливали. До наших времен эти стены дошли в том виде, в котором их перестроил и восстановил турецкий султан Сулейман Великолепный, во времена пика могущества Османской империи.

       Сам старый город разделен на четыре части или, как их здесь называют, «кварталы»: христианский, мусульманский, еврейский и армянский.

     Духовным центром христианского квартала является величественный древний храм Святого Воскресения Христова, в котором находятся Святой Гроб Господень, гора Голгофа и другие великие святыни христианского мира. Основание этому храму заложила святая равноапостольная императрица Елена еще в 4-ом веке от Рождества Христова. Также в христианском квартале находятся Патриархия Иерусалимской Православной церкви и множество христианских храмов. Населяют этот квартал православные арабы и греки.

    Еврейский квартал простирается от горы Сион до «стены плача». В этом квартале можно увидеть много религиозных иудеев. Отличить их можно сразу, потому  что одеты они особенно: старомодные сюртуки и огромные черные шляпы. Также у всех религиозных иудеев из-под шляп в области висков опущены специальные длинные пряди волос – «пейсы». Заходить сюда христианскому священству в облачении небезопасно. Конечно, сами религиозные иудеи довольно сдержано реагируют на священников, чаще всего просто отворачиваются или закрываются книгой-талмудом, которую они читают прямо на ходу, но вот  мальчишки, которые стайками бегают по улочкам, в круглых маленьких кипах на головах и с такими же пейсами как у взрослых, могут запросто обкидать камнями или гнилыми фруктами.

   Армянский квартал населяет множество армян, которые держат здесь свои лавки и магазинчики с сувенирами. Также здесь проживает армянское духовенство, есть армянская семинария.

   Мусульманский квартал прилегает к Храмовой горе. Библейское название горы – Мориа. Именно здесь Авраам хотел принести своего сына Исаака в жертву, именно здесь был построен знаменитый Соломонов храм, который впоследствии был разрушен. А после завоевания Святой Земли арабами, здесь на Храмовой горе была построена мечеть Аль-Акса, которая является третьей святыней для всех мусульман, после Мекки и Медины. Храмовая гора отделена Кедронской долиной от Елеонской горы.

     Итак, в свободный день мы с отцом Александром отправились вместе в Старый город. Прошли по Крестному пути, дошли до храма Святого Воскресения, где поклонились Святому Гробу нашего Спасителя, поцеловали место, где стоял Крест Христов на Голгофе. Отец Александр прекрасный рассказчик и увлекательный собеседник. Время летело незаметно. О каждом святом месте он мог рассказать не только общую историю, но и какие-то малоизвестные дополнительные сведения. В нашей паломнической поездке батюшка добровольно взял на себя обязанности гида, и, конечно же, группа новосибирских паломников была просто счастлива. На святых местах, где и происходили евангельские события, все внимательно слушали отца Александра, а после  каждый мог задать батюшке вопрос, если что-то было непонятно. Затем отец Александр надевал епитрахиль и служил краткие молебны с чтением Евангелия. Удивительное благоговейное чувство испытываешь когда слушаешь Священное Писание и осознаешь, что то, о чем ты слышишь, произошло именно здесь, на этом самом месте.

      Так в беседах, неспешно, мы прошли через весь Старый город к Львиным воротам, потому что гостиница наша находилась на Елеонской горе. Это был самый удобный путь. На душе стояла тихая прощальная грусть, ведь уже завтра мы покидали Святую Землю, и только Господь знает, увидим ли мы снова святой град Иерусалим. Мы прощались с Иерусалимом, прощались с чудесной гостеприимной Елеонской горой, где мы прожили эти дни нашего паломничества по святой Земле. Сердце сжималось от необъяснимой тоски. Иерусалим стал для нас родным городом.

      Выйдя из Львиных ворот  и спустившись вниз к Кедронской долине, мы остановились недалеко от церкви святого первомученика Стефана. Кстати, надо сказать, что Львиные ворота в старой Иерусалимской крепостной стене имеют еще название «Стефановы ворота», потому что через эти ворота первомученика Стефана вывели из города на казнь. На том месте, где святой архидиакон Стефан принял страдания и смерть за Христа, сейчас стоит православный греческий храм. Остановившись возле храма, мы с отцом Александром невольно залюбовались открывшимся нам видом Елеонской горы.

      Полюбовавшись, некоторое время прекрасным видом, отец Александр достал фотоаппарат и сделал несколько снимков.  Просмотрев тут же на камере полученные изображения, батюшка остался недоволен. Мы находились почти в самой низкой точке между Елеонской горой и Храмовой, и фотоаппарат  не охватывал всю панораму, которая открывалась человеческому глазу. Отец Александр решил подняться выше, прямо к крепостной стене, чтобы оттуда сделать снимки Елеона. Мы поднялись, но и с этого места снимки выходили неудачные. Деревья и здания загораживали всю красоту. Какую отец Александр не выбирал позицию, панорамный снимок не удавался.

       Оглядевшись вокруг, мы обнаружили, что, незаметно для себя, мы почти вплотную подошли к старой крепостной стене в районе Золотых ворот. Это старейшие ворота Иерусалима. По преданию Господь наш Иисус Христос торжественно въехал на ослике в Иерусалим через эти врата, впоследствии эти врата были замурованы и такими остаются до сего времени, войти в город через них нельзя. Золотые ворота представляют собой высокую квадратную башню, наподобие шахматной ладьи. С двух сторон к башне примыкает древняя крепостная стена с бойницами, а в самой башне видны два замурованных входа в виде арок. Высота крепостной стены возле башни около 15 метров, а башня еще чуть выше.

      Посмотрев на Золотые врата, отец Александр сказал, что лучший снимок Елеонской горы получился бы именно с этой башни. Я с ним согласился, но вот вопрос – как нам попасть на вершину башни?

       Со стороны Елеона, то есть с внешней стороны крепостной стены это было совершенно невозможно. Во-первых, прямо к стене прилегало древнее арабское кладбище. Могилы, на которых стояли  старинные каменные надгробия с арабской вязью, буквально облепили замурованные ворота.  Во-вторых, внешняя сторона крепостной стены была совершенно отвесна, высота стены , как я уже говорил, около 15 метров, никаких лестниц или приспособлений для подъема наверх не было видно. Конечно, глупо было бы думать, что строители древней стены, позаботятся о том, чтобы с внешней стороны было бы удобно залезть на стену. Как раз цель инженеров-стеностроителей подданных султана Сулеймана была совершенно противоположная.

 - Значит на башню можно попасть с другой стороны стены, - сделал вывод о.Александр. То, что сверху на воротах есть обзорная площадка,  подтвердило одно наше наблюдение.  Как только мы с отцом Александром приблизились к Золотым воротам  со стороны кладбища, сразу из-за бойниц башни на нас стал внимательно смотреть человек в форме вооруженный автоматом.

  - Площадка сверху на воротах есть, - рассуждал отец Александр. – Надо посмотреть, может быть можно как то пройти на эту площадку, чтобы сделать несколько снимков.

     Мы снова отправились к Львиным воротам, через них прошли внутрь Старого города, сразу свернули налево и вдоль крепостной стены, только уже с внутренней её стороны, по узким мощеным улочкам пошли по направлению к Золотым воротам.

      Вскоре улица, по которой мы шли, оказалась перегороженной огромными массивными деревянными воротами зеленого цвета со старинными металлическими наклепами. Ворота были закрыты, но в одной из створ ворот, была сделана небольшая дверь. Дверь была открыта. Её охраняли двое израильских солдат в полной боевой форме с американскими автоматическими винтовками в руках. Перед дверью стояла рамка-металлоискатель. Желающие попасть за ворота, должны были пройти через эту рамку. На воротах висела табличка, которая на трех языках -  английском, иврите и арабском - сообщала нам, что за воротами начинается территория храмового мусульманского комплекса «Аль-Акса». Также было написано, что для туристов не-мусульман, вход на территорию комплекса  разрешен только два раза в неделю и в определенные часы. Сверившись с расписанием, мы обнаружили, что как раз попали в часы посещения и имеем право пройти как туристы на территорию комплекса.  Дорога к Золотым воротам лежала через Храмовую гору, и мы с батюшкой, пройдя сквозь металлоискатель и показав солдатам-израильтянам содержимое своих сумок, прошли в низкую дверь.

      Сразу за воротами стояли еще два человека в форме, но на этот раз это уже была арабская охрана. Оба охранника были вооружены пистолетами, также у одного в руках был автомат Калашникова, у другого ручной металлоискатель. Арабские охранники, также как израильские солдаты, заглянули в наши сумки, а металлоискателем проверили нас на наличие железных предметов. Затем, увидев фотоаппарат у о.Александра, попросили батюшку его включить. Убедившись, что это действительно настоящий фотоаппарат, разрешили нам пройти к кассе, где мы купили входные билеты.

       Все эти меры безопасности более чем оправданы. Дело в том, что Храмовая гора является спорным местом между арабами и евреями. И те и другие претендуют на обладание этим местом. В апреле 1982 года иудейский фанатик проник на Храмовую гору и во время мусульманской службы открыл огонь из автомата, два человека погибли, несколько было ранено. После этого было еще несколько попыток совершения теракта на этом месте. С тех пор и израильская полиция, и арабская охрана особенно тщательно проверяют всех, кто желает взойти на Храмовую гору.

      После узких улочек Старого города, когда в некоторых местах от одной стороны улицы до противоположной можно достать вытянутыми руками, а жилые дома просто нависают над тобой, мы были немного оглушены простором, который открылся нам, едва мы переступили порог зеленых ворот. Комплекс «Аль-Акса» представляет собой огромную открытую площадь, на которой находятся две главные мечети, а также множество других небольших построек – фонтанов, арок и беседок. Когда-то здесь стоял храм, задуманный святым царем-псалмопевцем Давидом и построенный  его сыном царем Соломоном.   Храм был разрушен до основания при вавилонском нашествии. Затем был построен второй храм, на этом же самом месте. Второй храм был не такой великолепный, как первый, но именно во втором храме произошло много новозаветных евангельских событий, тех самых событий, которые дороги каждому верующему христианскому сердцу.

      Невольно вспомнили мы с отцом Александром, как святые праведные Иоаким и Анна привели сюда свою дочь, трехлетнюю Деву Марию, а первосвященник наставляемый Господом Духом Святым ввёл Пречистую во Святая Святых, туда, куда и сам первосвященник имел право входить лишь раз в год.

       Здесь на этой горе святой Симеон-Богоприимец принял Младенца Иисуса на руки и произнес: «Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко…»

      Здесь на этой горе, как повествует нам Святое Евангелие, Пресвятая Богородица с праведным Иосифом-обручником потеряли двенадцатилетнего Отрока Иисуса, когда приходили в Иерусалим на праздник по обычаю иудейскому. Три дня они искали Его и нашли в храме, беседующим со старцами и священниками.

       Здесь на этой горе в храме Господь учил народ притчами о Царстве Небесном. Здесь Господь указал на вдовицу и сказал, что её две лепты более в Очах Божиих, чем пожертвованное от богачей золото и серебро. Здесь Господь ответил искушающим Его: «Богу Богово, а кесарю – кесарево». Отсюда Он изгнал бичом продающих и меняющих. Сюда к храму Он въехал на осляти как Господь, как Царь, как Пророк.

         Глядя на этот величественный храм, глядя на эту Храмовую гору, глядя на древний Иерусалим с Елеона, Господь прослезился и предрек Своим святым ученикам: «Истинно, истинно говорю вам – камня на камне не останется на месте сем». Слово Божие сбылось и, вскоре после распятия Спасителя, Иерусалим был захвачен римскими войсками. От храма, который был полностью разрушен, осталась одна лишь подпорная стена, известная как «стена плача». Действительно, до сего дня иудеи приходят к этой стене и оплакивают разрушение храма и древнего Иерусалима.

        Беседуя об удивительных событиях, произошедших на этом месте, мы с отцом Александром подошли к крепостной стене возле Золотых ворот, но только теперь уже с другой стороны. С этой стороны и Золотые ворота и древняя крепостная стена выглядели немного по-другому, к вратам была прилеплена каменная старинная пристройка с двумя серыми куполками и зеленой решетчатой дверью у основания, а на стене мы увидели специальную лестницу, которая вела наверх к бойницам. На самой стене чуть ниже стенных зубцов был виден выступ или карниз, по которому можно было пройти вдоль всей стены.

       - Видимо на этом карнизе и стояли солдаты, когда отбивались от нападающих во время осады, - сказал отец Александр.

        Поднявшись вверх по лестнице можно было попасть на карниз, а потом, пройдя по карнизу, можно было попасть на площадку над Золотыми воротами.

         Но к самой стене просто так подойти было невозможно. По всей длине вдоль старой крепостной стены на расстоянии нескольких метров от неё тянулась еще одна невысокая решетчатая ограда. Между оградой и стеной был устроен прекрасный сад с красивыми клумбами, подстриженным кустарником и оливковыми деревьями. Через каждые несколько метров на ограде висели таблички, где на трех языках черным по белому было написано, что вход за ограду строго запрещен. Конечно, арабская вязь и иврит для нас были непонятны, но английское “Keep out. No entry» недвусмысленно сообщало, что за ограду простым смертным входить нельзя. В единственном месте, где в ограде был проход к стене сидел охранник. Можно было конечно перемахнуть через ограду и, пройдя через сад,  добраться до стены, но от этой мысли отец Александр отказался.

      - Будем действовать цивилизованно, поговорим с представителем секьюрити,- сказал батюшка и направился к охраннику. Мы подошли к сидящему у входа в сад арабу в форме, отец Александр намеревался попросить разрешения у него подняться на стену. Но подойдя ближе, мы увидели, что араб спит мирным сном, уронив голову себе на грудь. Рядом на столике мирно попискивала портативная рация, на подносе стоял бронзовый чайничек и стаканчик с недопитым кофе.

   -Не будем его будить, - прошептал батюшка и как тень прошел мимо спящего охранника в сад, знаками показывая, чтобы я шел за ним. Пройдя сквозь оливковый сад, мимо разросшихся гигантских алоэ и прекрасных кустов роз, мы подошли к лестнице ведущей наверх стены. Еще через пять минут мы были уже на стене.

     Карниз на крепостной стене был шириной не более метра без всяких ограждений. Два человека с огромным трудом могли разойтись на этом карнизе.  С одной стороны от нас были зубцы стены в рост человека с узкими бойницами, а с другой просто пятнадцатиметровая пустота.

     - Представь себе, отец Владимир, - сказал батюшка. – Что на такой высоте надо было не просто стоять, а еще и сражаться. Попробуй, помахай тут мечем, когда со всех сторон стрелы, копья, да кровь под ногами… Тут просто стоять и то тяжело и страшно, а строили-то для обороны.

       Отец Александр так живописно обрисовал картину, что мне стало не по себе. Камни под ногами, где мы стояли, были сами по себе вытертыми до блеска от древности. Я вцепился руками за выщербленные края бойницы и боялся даже сделать шаг по карнизу. А отец Александр смело расхаживал по крепостной стене со своим фотоаппаратом, пристраивался между зубцами стены, выбирая ракурс для снимка.

   - Отец Владимир, иди сюда, - звал он меня. – Посмотри, какой прекрасный вид! Это же просто чудо!

     Несмотря на восхищенные возгласы батюшки, я долго не решался пройти к нему. Наконец, сделав над собой усилие, стараясь не смотреть вниз, я прошелся по карнизу и, остановившись возле отца Александра, посмотрел сквозь бойницы на Елеонскую гору. Дух захватило от  развернувшейся перед нами потрясающей картины.  Зеленел Гефсиманский сад с гробницей Пресвятой Богородицы и древними оливами, возраст которых более двух тысяч лет и которые были свидетелями моления о Чаше и ареста Господа Иисуса Христа. Солнце искрилось в золотых куполах церкви святой Марии Магдалины, а макушка Елеона с местом Вознесения Спасителя и высокой колокольней - «Русской свечой» была подернута дымкой. Кедронская долина с белеющим столпом Авессалома и гробницами пророков простиралась перед нами как на ладони.

      Батюшка сделал несколько снимков и был очень доволен. Но такой уж характер у отца Александра – батюшка всегда стремится к чему-то большему, к лучшему. Так и здесь, сделав снимки Елеона, отец Александр решил попробовать сфотографировать Елеонскую гору прямо с площадки Золотых ворот. Пройдя по карнизу стены до башни ворот, батюшка скрылся в узкой расщелине и, через некоторое время я увидел его расхаживающим по площадке над Золотыми воротами. Сам же я за батюшкой не пошел, а потихоньку начал продвигаться назад к лестнице для спуска. Остановившись у лестницы, я перевел дух и стал спокойно ожидать отца Александра. Внизу подо мной раскинулся прекрасный сад со спящим охранником, на фоне синего неба сверкал золотой купол мечети.

      Вдруг рация у спящего охранника разразилась хриплой гортанной речью, охранник вскочил и стал с кем-то громко переговариваться. Подняв глаза на стену и увидев меня, охранник подпрыгнул на месте, несколько мгновений недоуменно смотрел в мою сторону, а потом припустился к лестнице. В тоже самой время я увидел, как из расщелины в башне вынырнул отец Александр и быстро почти бегом стал передвигаться по карнизу ко мне. За ним в расщелине показались еще двое арабских охранников. Один из них двинулся за отцом Александром по карнизу, а второй вернулся на площадку над Золотыми воротами и оттуда, как я понял, по рации командовал нашим задержанием.

       Быстро спустившись по лестнице с крепостной стены на землю, мы были встречены поджидавшей нас арабской охраной. Несколько вооруженных охранников окружили нас. Один из них, видимо офицер, грозно вращал глазами и кричал: «Ялла паспорт, плиз, ялла паспорт»…

 

                                                                    ***

        Вечером в гостинице, за чашечкой крепкого чая с  мятой, обсуждая прошедший день, отец Александр заметил: « Знаешь, отец Владимир, я думаю, что не напрасно мы поднялись на крепостную стену. Во-первых просто постоять на этой стене, прикоснуться к истории, это уже удивительно. А во-вторых, снимки действительно получились замечательные».

        Осталось добавить лишь, что арабы, проверив наши паспорта и узнав, что мы из России, очень благосклонно отнеслись к нам. «Руссия, Руссия – харашо!» -говорили нам уже улыбающиеся охранники. Мы им в тон отвечали: «Фри Палестайн - хорошо!». Проведя небольшое дознание и выяснив цель  нашего пребывания на крепостной стене, арабы проводили нас до выхода и, слава Богу, отпустили с миром.

      

 

       


Назад к списку